Едет Горбачев по Москве на своем лимузине, видит, Никулин куда-то идет.

Едет Горбачев по Москве на своем лимузине, видит, Никулин куда-то идет.
Горбачев шоферу:
– Ну-ка, притормози, я с Никулиным поздороваюсь (а любил, чертяка, в демократию поиграть),- шофер машину к тротуару прижал и остановился.
– Доброе утро, Юрий Владимирович.
– Доброе утро, Михал Сергеич.
– А вы никак выпивши? Небось, с вечера припасли, сечас же до двух не продают.
– Да нет, утром купил.
– Не может быть!
– Да я и сейчас могу взять.
– Где?!
– Да хоть в этом гастрономе. Только вы, Михал Сергеич, в сторонке незаметно постойте и чтобы у продавщицы потом неприятностей не было.

Вот зашли они в магазин, Никулин сразу идет к прилавку. Продавщица с ним поздоровалась, а он ей:
– Дочка, свешай мне 300 грамм докторской колбасы и 300 грамм любительской. А теперь их мелко кубиками покроши и смешай. – ну та сделала.
– Вам для салата, Юрий Владимирович?
– Да нет, я так закусывать люблю. А теперь дай-ка мне бутылку водочки.
– Юрий Владимирович, я до двух не могу…
– Ну тогда мне ЭТО тоже не надо, я же говорил, что на закуску.

Ну что делать, дала она ему водку. Горбачев, конечно, вне себя. Устроил
накачку кому следует, те – своим подчиненным. Прошло несколько дней,
снова он по Москве едет и опять видит Никулина. Теперь уже специально
просит шофера остановиться, чтобы проверить. И снова Никулин подшофе.
– Но теперь-то, Юрий Владимирович, явно с вечера запасли.
– Да нет. Я и сейчас могу взять при вас.
– Да невозможно же!
– А вот смотрите.

Едут они в спецраспределитель, куда Никулин вхож как директор Московского цирка, и он там разыгрывает ту же сцену. Только вместо колбасы теперь черная и красная икра. И получает свою бутылку.

Горбачев рвет и мечет и требует просто сажать тех, кого поймают на нарушении правил. Проходит несколько дней. Снова Горбачев встречает Никулина на улице.
– А теперь вы, Юрий Владимирович, трезвый. Навели мы, все-таки, порядок, не продают вам с утра.
– Да у меня, Михал Сергеич, сегодня просто дел много, но если захочу, я и сейчас куплю.
– Не может быть! Где?!
– Да вот хоть в этом магазине.

Заходят они в магазин, Горбачев сразу в сторонку, а Никулин прямо прошел к прилавку.
– Дочка, какой у тебя самый дорогой коньяк?
– Вот этот, за пятьдесят семь рублей. Только я сейчас вам его продать не могу. Вы мне деньги оставьте и приходите после двух. А я вам сразу бутылку отдам, чтобы вам в очереди не стоять.
Никулин отступает в сторону и показывает на Горбачева, который топчетсяу входа:
– Ты посмотри, какой у меня сегодня гость! Есть у него время ждать до двух?
– Здравствуйте, Михал Сергеич!!! Вам бутылочку завернуть или так?